Отбросы общества. Ч3
Кукольный блог Профили Фотоистории Некукольное 
 
 

 Тамаз, как и было велено, по возвращению сразу же направился к Али. Найдя в связке нужный ключ, молодой человек провернул замок и затормозил на пороге, отряхая  пыль с ботинок и привыкая к тусклому освещению бывшего склада.

 

Видимо, парни уже разошлись, получив указания на завтра и заработанные деньги. В глубине помещения виднелись только Джафар и Селена.

 

-Ну, - коротко бросил ему шеф, – рассказывай.

-Да что рассказывать-то? За всю дорогу они не сказали ни слова. Даже сидели на разных концах сиденья! 

 

-И за что Аллах наградил этого абубея* такой знойной женщиной?!

 

Сель бросила на него быстрый взгляд и усмехнулась.

-Тамаз ! Ближе к делу! – окрикнул Джафар.

- Простите, шеф. В общем, за всю дорогу – ни слова. Я довез их до Западного Моста. Они вышли, попрощались и пошли в сторону центра.

 

- Ясно. Что в городе?

- Оооо, - Тамаз радостно потер руки, - большой переполох!  Абубеи, там, наверное, все перестремались! Часть дорог перекрыта - от мигалок издалека в глазах рябит. Я близко подъезжать не стал, но подхватил по дороге Шамиля, он как раз оттуда возвращался. Говорит, рвануло что-то нехило. Фараоны так и рыщут, нашим, наверное, не надо сегодня туда соваться…

 

- Это все? – удовлетворив свой интерес, Джафар тут же прервал пламенную речь.

 

-Да, все.

-Хорошо, иди. Завтра будет жарковато. И верни колымагу на место! – бросил он уже в спину, - до рассвета! Незачем ее светить…

 

- Что ж, похоже, все прошло, как и задумывалось, - произнесла Сель, рассеянно поглаживая блестящий ствол дробовика, - взрыв отвлек фараонов от демонстрации, и мы никого не потеряли.

 

- Да, и ребята сработали без запинки, хотя нас там и не было, - кивнул Джафар, - кстати, не дурак твой Рашид – не потащил таки Тамаза в город – соображает.

 

-Да я же говорю тебе – мы с ним росли вместе, он не чужой!

 

- Да, да… - задумчиво протянул мужчина, - интересно, что же занесло твоего друга к нам? Ты уверена, что он не имеет отношения к властям?

 

-Конечно, уверена! Рашид…

- А эта его… знойная Наяма?

Сель надулась,- не знаю ничего о ней! Ты решил уподобиться Тамазу? Вот уж он, небось, всю дорогу ее глазами ел – неудивительно, что ничего вокруг не видел!

 

- Перестань, - Джафар усмехнулся и потянулся к ней. 

 

-Ты же знаешь, что для меня во всем мире есть только одна женщина – моя. 

***

 r

Попрощавшись с Тамазом, они прошли немного вперед и оказались аккурат перед ас-Сумаль. Рашид подергал ручку, но Дьюб Кгозир, обладающий природным чутьем на неприятности, похоже уже испарился с опасной территории, закрыв бар.

Наяма набрала Кайла. Недовольный тем, что она снова долго не выходила на связь, Олдербард отрывисто прокаркал, чтобы они больше никуда не двигались и ждали машину.

 

-Проклятье, ненавижу ждать! – раздраженно бросила Наяма, - когда он теперь приедет? И доедет ли, вообще?

 -Ну, так поехала бы кататься с этим любвеобильным молодчиком,  - усмехнулся Рашид, - уж он и так, и этак намекал тебе…

 Наяма бросила на него тяжелый, укоризненный взгляд.

-Я прямо изумился, как ты отпрыгнула, когда он пытался поцеловать тебя на прощание, - продолжил он, игнорируя предупреждение, - оказывается и эту несгибаемую леди можно чем-то пронять!

 

-Ну, ты тоже не выглядел таким уж храбрым, когда увидел то сборище, - ввернула Наяма, - побелел прямо! Боишься толпы, а, Акари?

  

-Боюсь ли я толпы? – задумчиво повторил Рашид, сорвав с себя маску балагура, - да! И любой здравомыслящий человек должен поступать так же! А ты разве не боишься, Наяма? Напрасно. Послушай…

 

***

-У меня был друг, индус Прабхат, нищий сикх**. Это самый удивительный человек, которого я встречал за всю свою жизнь. Мы все стремились к чему-то – дружбе, власти, деньгам свободе, возможности делать то, что тебе хочется... Для него же все это было мышиной возней. Он не был похож ни на одного из нас, мальчишек с претензиями, но, тем не менее, не гнушался нашей компании. Все они, мои дворовые приятели, время от времени пробовали на зуб мой авторитет, но именно Прабхат преуспел в том, к чему они только стремились. Я ни разу не видел, чтобы он намеренно или случайно обидел кого-либо. Его простые взвешенные слова имели почти магическое воздействие на меня, оберегая от глупостей и необдуманных поступков.

 

-В тот вечер в квартале было неспокойно. Один индусский дурень обидел другого - арабского. Обычная история. Напряжение копилось давно и наконец-то нашло достойный повод, чтобы выплеснуться наружу. А Прабхат – он просто оказался не в том месте, не в то время. Толпа окружила его и избила до смерти.

 

-А самое противное знаешь что? В тот день я проходил мимо, я и Титус. Мы увидели их. Он предложил: «Пойдем, посмотрим!». Как раз накануне у меня состоялся весьма продолжительный и неприятный разговор с братом. Арни не нравилось, что я так много времени провожу на улицах, не нравилась моя компания. Я пообещал ему, что буду вести себя осмотрительнее, скромнее. «Нет, не пойдем». Если бы я ответил по-другому, если бы дал волю своему любопытству, скорее всего мой друг остался бы жив.

 

-Или вы разделили его участь, - заметила Наяма.

-Возможно. А может быть и нет. Теперь уже не узнаешь, так ведь? – Рашид презрительно прищурился, и она поняла, что в такой исход он не верил, пребывая в максималисткой иллюзии собственной значимости.

 

-Он был лучше нас, добрее нас. Он не должен был умирать! А я все время подтрунивал над ним, говорил: «вот припрут тебя к стенке, и слетит все твое миролюбие». 

Потом я узнал имя одного из парней, который участвовал в расправе. Он был взрослым мужчиной двадцати лет, носил оружие, а мы- 14-15 летними сопляками. Но нас было трое, и мы были озлоблены, так что свое он получил в полной мере. Он сказал, что толпу ужасно бесило, что Прабхат не защищался. Как видишь, я все-таки ошибался на его счет. У него были принципы.

А самое страшное, что тот парень, Рауф, был мне знаком. И он не был злодеем или убийцей. Я знал его родителей и двух младших братьев. Он подкармливал бродячих собак и помогал старухе Даад закупать продукты. Ходил в мечеть, ухаживал за девушкой, стрелял сигареты у прохожих. Жил обычной простой жизнью.

Я спросил его, как так получилось, что он оказался в той толпе.

И знаешь, что он ответил?

«Так вышло. А потом затянуло». Зря он так сказал…

 

-О происшедшем мы узнали только через несколько часов. Конечно, его уже увезли из подворотни, и мне потребовалось изрядно извернуться, чтобы устроить все так, чтобы Прабхата кремировали, а не закопали, ведь он был сикхом и предавал этому значение… Вместе с урной мне выдали его стальной браслет и ритуальный кинжал. Конечно же, он был зачехлен. По обычаю прах нужно было развеять над океаном, но я долго не решался поставить эту финальную точку…

 Поэтому я боюсь толпы. Она страшна сама по себе, а еще страшнее выхватить в ней знакомое лицо. Homo homini lupus est***, Наяма.

 

***

 Следователь задумчиво подняла на него глаза, но тут же снова опустила их, уставившись на носок своей туфли, растерянно ковыряющий асфальтную крошку.

 -Ненавижу их, - неожиданно едко произнесла она, - отбросы общества, эти «несчастные бедняки», «угнетенные слои населения». Сплошные преступники! Откровенность за откровенность, Акари?  Моего отца прирезали у меня на глазах. Просто потому, что он был «абубеем». Эти самые бедняки, на которых нам нужно молиться. Ненавижу! Что ты так смотришь на меня, не одобряешь, да? Конечно, тебе легко…осудить меня. Наяма – стерва, Наяма- кайлова подстилка. Что? Скажешь не так? 

 

-Наяма, мой отец погиб в горах, не стравившись с управлением. Кого, по-твоему, нужно ненавидеть мне? Его? Машины? Или может быть, горы? 

 

-Не передергивай! Одно дело – несчастный случай, другое – преступный умысел. О, была бы моя воля - я весь этот Акаб сравняла бы с землей. Эти двое…громила Джафар и его маленькая шлюшка явно там заправляют, определенно стоит навести справки…

 От этих слов Рашид резко повернулся к ней и схватил за руки.

-Тебе нечего им предъявить!

 

-Нечего? Ха! Нападение на сотрудника полиции при исполнении! Попытка нанесения телесных повреждений, оскорбление достоинства…

 

-Не было никакой попытки! Не было! Заполни это хорошенько, Наяма,  - его руки крепко вцепились ей в плечи, а глаза опасно сузились и потемнели. Наяма запоздало почувствовала, что перегнула палку: «чертов тодди!».

 -Акари, отпусти меня немедленно!

 

Рашид проигнорировал приказание. Его голос упал практически до шепота:

-Ты думаешь, у тебя есть власть надо мной. Но это не так. Все, что я делал в последнее время, я делал по своей воле, а не по твоей указке. И если ты только приблизишься к Сель, если задумаешь причинить ей вред, клянусь, я уничтожу тебя. Несмотря ни на что. Запомни это, Наяма, - он брезгливо разжал руки, отошел в сторону и закурил.

 

«Ну и катись к чертям! Уголовник!», - чертыхнулась Наяма. Неожиданная угроза испугала ее и заставила задуматься.

А рядом простирался город. Какофония человеческой паники и чьей-то упорной работы доносилась и сюда, на границу между мирами: Акабаром, темной блямбой оставшимся за их спинами и разукрашенным огнем и разноцветными мигалками  прибрежном районом. Город выглядел угрожающе. Наяма думала о том, как он многолик и сложен, и о том, что она, оказывается, так мало знает его. В напряженной тишине, повисшей между ними, следователь ясно ощутила, как порвалась и исчезла та незримая защита, которой она была ненавязчиво окружена с самого момента взрыва.

 

-Возможно, я погорячилась,  - выдавила она, - с преступным умыслом.

-Вот как? – тут же отозвался Акари.

-В конце концов, они же помогли нам. Определенно стоит принять это во внимание.

 

-Определенно,  - по его тону явственно чувствовалось, что он все еще бесится внутри, но старательно сдерживает себя, - ну коли так, я, возможно, тоже погорячился. Самую малость.

 

-Кайлу не обязательно знать о том, где мы были и что делали, - сказала Наяма, - пусть думает, что мы так долго шли до моста. 

-Разумеется, - согласился Рашид. Меньше всего ему хотелось стать свидетелем карательных мер Олдербарда, которые могли пасть на акабарцев, посягнувших на его собственность.

 

Разговор исчерпал себя. Однако, повисшая тишина уже не была такой плотной и настороженной, как пару минут назад. От нечего делать Наяма  принялась бродить вокруг. Ночная прохлада заставила ее зябко поежиться. Акари громко вздохнул, и, сняв с себя пиджак, накинул на ее голые плечи.  

 

Снизу послышался характерный шуршащий звук. В горку медленно поднималась машина. Док, выхватив их фарами, приоткрыл переднюю дверь и распорядился:

-Садитесь!

 Разместившись уже ставшим привычным для них образом – Рашид за водителем, Наяма с правой стороны, они тронулись. Доку, проехавшему через кордоны, растянувшиеся на полхашора, предстояло совершить это чудо повторно. Его пассажиры задумчиво разглядывали город. По молчаливому согласию, произнесенных угроз они больше не касались, но, тем не менее, каждый запомнил слова другого и отложил в сознании.

Крепко запомнил.

***
 Продолжаем совместный проект с Надей Аданель.

Текст, сюжет: Gilar, Аданель.

Фото: Gilar


 * Абубей  - искаженное Абу-бей, сленг, сродни "богатеи".

**Сикх - последователь религии сикхизм, распространенной на территории Индии. 

***Homo homini lupus est  (лат.) - человек человеку волк. 


Музыкальный фрагмент: Дживан Гаспарян, "Bir cicek gibi" 

 
 

Комментарии:

Enrique (18-11-2012 09:54)

Boom shakalaka boom boom, problem slvoed.

Страницы: 1 






Введите этот защитный код