Следователь, прокурор...
Кукольный блог Профили Фотоистории Некукольное 
 
 

 Охрана осталась наружи. Слава богам, здесь, в помещении Здания Суда ей было некого опасаться. После ареста Кайла и Акабского восстания она была вынуждена уехать из Хашора, и лишь настойчивые звонки мужу и близость начала процесса над Кайлом, заставили службу безопасности внять ее требованием. Следователь вернулась домой только вчера вечером и тут же получила тревожное известие. Предстоящий разговор был сродни визиту к дантисту - неприятная неизбежность. Шанкара Наяма знала с университетской скамьи. Он учился на три курса младше – редкое исключение, ибо на этот факультет практически не попадали люди, чья близость к правительственному аппарату не была очевидной.  

 В конце коридора замаячила его коренастая фигура. Не зря в институте за Карушем устойчиво закрепилась кличка Джарра*.

 -О! Наяма! Прекрасно выглядишь, рад тебя видеть.

-Здравствуй, Шанкар,- вежливо улыбнулась Наяма, - как поживаешь? Как семейство?

 - Лучше всех, дорогая. Ну да зачем этот долгий обмен любезностями. Давай уединимся в ближайшем кабинете и обсудим наши дела.

 -Действительно. Как ты знаешь, я только вернулась в Хашор - и сразу к тебе, - как-то машинально ноги привели их в коридор, соседствующий с Залом Суда, - войдем? – предложила Наяма, Шанкар кивнул. Иногда он и сам приходил сюда подумать и собраться с мыслями.

***

 -Как идет процесс?

 - Ты о каком именно? О своем обманутом любимчике?

 -Странная шутка, дорогой, - фыркнула следователь,- несмешная. Я об Акари.

 - Я как всегда угадал. К сожалению, это далеко не шутка. Рашид уже успел наделать шуму и выставить в подозрительном свете следствие Хашора в твоем лице. Да-да, не смотри на меня такими глазами.

 -С этого момента поподробнее!

 - Ну как же, - широко улыбнулся Каруш, - я думал, что ты следишь за громкими делами, хотя бы за новостями. Что тебе известно о договоре со следствием Рашида Акари?

 -В той дыре, куда меня упрятали безопастники не было даже телефона. Договоре? Что за договор? – невинно поинтересовалась Наяма.

 - Всегда восхищался твоей выдержкой и подачей, Наяма. Рашид Акари утверждал, что заключил со следствием договор, из-за которого и "заобщался" с Кайлом. На деле оказалось, что договора нигде нет.

 

-Договор? Со мной? Да ты бредишь, Шанкар. Я принципиально не иду на уступки преступникам, ты же знаешь это. И у меня на это свои причины, - холодно отчеканила следователь, - впрочем, это сильно похоже на Акари. Подсудимый - хитрый и изворотливый змей. Не обманись его скромным видом. Один только факт того, что он сумел втереться в доверие к Кайлу, говорит о многом. Этот человек должен сидеть в тюрьме - там ему самое место.

Кстати, о договорах. Удивительно, что ты заговорил об этом. Это сильно перекликается с тем, почему я здесь. До меня дошли странные слухи, Шанкар. Тревожные слухи. Будто бы ты готовишь соглашение с этим …ммм…субъектом.

 - Удивительно, но он не производит чувства, которые ты только что описала, Наяма. Скорее забитого и уставшего человека. А соглашение…хм… почему бы и нет? Он слишком ценный свидетель по делу Кайла, которое по счастливой случайности  тоже на мне.

  Ты сама знаешь, против Кайла очень мало улик. А про свидетелей я молчу. Только сотрудники следствия. Здесь просто необходимо слово человека "изнутри". Иначе будут еще большие сутолоки в прессе и обществе.

 -Об этом и речь. Послушай меня Шанкар, послушай внимательно. Ты сейчас становишься на очень неверную почву – смотри,  еще шажок-другой, и засосет. Я пришла предупредить тебя. По старой дружбе, так сказать. Пока ты еще не натворил ошибок. Дело Акари сейчас находится под особым прицелом тех, кто много выше нас с тобой… Поверь,  мне всегда нравилось твоя принципиальность, но сейчас от тебя требуется только одно - не вмешивайся.

 -Резонанс, который рождает дело Олдербарда, и рождает уже сейчас, пока процесс даже не начат, больше не вопрос только правосудия. Это вопрос политики. Правительство держит курс на то, чтобы жестоко осудить всех причастных к Акабскому восстанию. Три дня назад был пойман Абульшер Аатхи – один из двух лидеров восстания. И ему светит вышка. Селена Назари все еще в розыске, и вот что будет тебе интересно. Знаешь ли ты, что дом Акари буквально на соседней улице? Что с этой женщиной они росли вместе, и неоднократно встречались в последние месяцы? Что Акари угрожал мне расправой, если только я посмею выдвинуть против нее какие-либо обвинения? И ты хочешь облегчить участь этого человека? 

 - Наяма, дорогая. Я не отрицаю, что симпатизирую этому несчастному где-то в глубине души. Но здесь он лишь свидетель, неоспоримо нужный и важный свидетель. Личные привязанности мне ни к лицу и ни к должности, ты знаешь, дорогая. В этом мы похожи. Поэтому, не волнуйся. Я сделаю все от меня зависящее, чтобы виновные получили по заслугам. Как всегда это делаю.

 -Что ж, прекрасно. Мы поняли друг друга. Очевидно одно: в деле Кайла, намерено ли, или нет, Акари увяз по уши. И твои реверансы ему могут вызвать подозрения в сочувствии не к обвиняемому, но к просомалийским течениям, подумай об этом, Шанкар. А то, глядишь, завтра к тебе приду не я. Завтра ты можешь ожидать визитеров куда выше рангом. В эти смутные времена в первую очередь нужно сохранить свою шкуру. Я надеюсь на твое благоразумие, Джарра. Раньше ты всегда отличался им. А теперь, прости – я уже больше недели не была в Управлении, а мне еще принимать дела у Касима, сам понимаешь – ни минуты свободного времени, - Наяма легко поднялась со стула, кокетливо расправила юбку и удалилась, оставив собеседника наедине со своими мыслями.

 ***

Стук каблуков госпожи Джаме уже давно затих, но Шанкар не двигался с места. Беседа оставила в его голове ощущение какого-то мутного шума и сумбура.

-Интересная женщина, Наяма, - задумчиво протянул он, - и чем ей так не приглянулся этот бедолага?

Осознав, что говорит вслух, прокурор усмехнулся и опустил отяжелевшую голову на руки.

«А Кайл. Кайл слишком умен и властен. Он чересчур опасен и его место явно не на свободе. Следствию кровно нужны свидетельские показания. Но с помощью Рашида все может получиться».

 План дальнейших действий выстроился в четкую линию: нужен еще один "заход" к господину Акари. Он слишком упертый, настоящий орешек. Значит надо убедить его в своем "дружелюбии".

 «Наяма, Наяма, - в воздухе все еще невесомо присутствовал сандаловый шлейф ее духов, -твое отрицание лучше всяких "да". А ведь как было бы просто работать с ним по этому самому договору, без сопротивлений и дикого недоверия. Ну да ладно, это преодолимо».

 ***

Совместная рассказка с Настей Ничипор.

Фото: Gilar

Тескт: Gilar (Наяма), Настя Ничипор (Шанкар).


*Джарра - (араб.)- кувшин. Надо понимать, что в этом прозвище добрые однокурсники подметили малый рост и определенную основательность фигуры Каруша. 

 
 





Введите этот защитный код