Методы убеждения.Ч4
Кукольный блог Профили Фотоистории Некукольное 
 
 

 r

Сегодня Симхас снял с себя судейскую мантию с особым чувством удовлетворения, будто бы, отрекаясь от тех опасных слов, что совсем недавно отзвучали в Зале Суда. Видят боги, он предпочел бы, чтобы слушания, посвященные делу Кайла, вел кто-либо другой. Хамизи Чейл, кто бы мог подумать. Помощник главы регистрационной палаты у Олдербарда на побегушках.  Того гляди назовутся и другие имена. Симхас покачал головой. Многолетний опыт подсказывал ему: жди беды.

 

Размышляя подобным образом, судья сноровито повесил мантию на вешалку, и, затолкав ежедневник в сумку, прикрыл за собой дверь подсобной комнаты.

Материализацией всех опасений, в Зале Суда его ждали двое: Наяма и Чакайд Джаме. Следователь сидела на месте прокурора и, казалось, думала о чем-то отвлеченном и приятном – на ее губах играла мечтательная улыбка. Господин Джаме стоял за ее плечом,  покровительственным жестом положив руку на плечо жены. Оба словно бы сошли со старых фотографий в стиле сепия.  

 

- Добрый вечер, господин и госпожа Джаме. 

-Кому добрый, а кому и нет, - сразу взял быка за рога Чакайд, - Симхас, потрудись объяснить, как так вышло, что ты огорчаешь мою жену, столь ревностно радеющую за справедливость и светлое, избавленное от преступников и бунтарей будущее Хашора?

 

- Чакайд, извините, конечно. Я понимаю, что мы давно знакомы, но на брудершафт пока не пили, и я требую к себе уважения. 

 И о чем именно вы говорите, господин Джаме, потрудитесь объяснить? Насколько мне известно, ваша супруга слишком близко воспринимает почти все проходящие через мои руки дела.

 

-Симхас, оставь этот казенный тон, - поморщился парламентарий, - так ты будешь разговаривать со своими подсудимыми. Но не со мной. И побольше уважения, господин судья. Мы оба знаем, что ты многим мне обязан, а мое терпение не безгранично. 

-У меня, как и у вас есть свои обязательства по службе, - с достоинством ответил Бонгани, -  так вот, я пока на службе и разговор, я смотрю по месту встречи, вы со мной тоже выбрали служебный. Поэтому прошу вас соблюдать должный порядок, либо перенесем встречу в более неформальное место.

 

- Да ладно, не ершись, Симхас, - усмехнулся Чакайд, - я пока что пришел поговорить по-дружески. На правах покровителя, так сказать. Потому, сядь, мальчик, и послушай. То, что ты Кайлу пророчишь вышку- это понятно. И правильно. Другое дело, что приводить приговор в исполнение тебе никто не даст. Не сейчас, слишком много мути в воде, сам понимаешь. А вот с Акари ты промахнулся. Видишь ли, друг мой, любой, замешанный в восстании должен быть наказан. Считай это публичной поркой и решением свыше. У граждан не должно возникнуть и тени сомнения в позиции власти. Ну и что же ты творишь? Спускаешь его с поводка. Там глядишь, и вовсе выпустишь на свободу. Думай, Бонгани, думай. О последствиях думай.

 

-Я предупредила Каруша, - подала голос Наяма, - однако он не внял.

 

- Все, что происходит по делу Кайла Олдербарда и Рашида Акари происходит под грифом совершенно секретно, - осторожно сказал судья, -и у вас, как и у вашей супруги, покуда она не затребована как свидетель, Чайкад, к сожалению, нет доступа к этой информации до вынесения должного приговора. Эти оба дела доверили судить мне, а вы сами знаете, чем заканчивается произвол власти в таких вопросах. Того и глядишь, новое восстание разбудим. Я предпочитаю, чтобы все было по закону, как оно сейчас и идет. Мой приговор можно будет оспорить. Но только оспорить. Конечно, можно повлиять на детали, - он многозначительно замолк, но, не увидев соответствующего знака с другой стороны, продолжил,  - но при нынешнем раскладе, тут не сильно-то и разгуляешься.

 

-Детали, как известно, решают все, - протянула Наяма, - скажи-ка мне, Симхас, а что у тебя в договоре про постприговорный период?

-К чему ты клонишь, дорогая? – оживился Чакайд.

-Ну как же, милый, все просто – Другой кодекс, - развела руками женщина.

 

-Пусть неверный покарает грешника. Коли судья связан договором, правосудие может свершиться и иным способом. Улавливаешь мою мысль, господин Бонгани?

 

Пожалуй, она бы не призналась в этом никогда и никому, даже под страхом немедленной и мучительной смерти. Да что там, и от себя самой госпожа следователь скрывала эти мысли. Не в привычках Наямы было критиковать себя и признавать ошибки. Нет, в своих глазах не могла она оказаться подлой тварью и предательницей. Петля, что все туже оборачивалась вокруг горла Кайла, казалось, душила ее, Наяму. Она уже знала, что Олдербарду вынесут смертный приговор, и эта мысль заставляла сердце съеживаться. И тогда, оказавшись в этой логической ловушке, Наяма нашла элегантный выход. Всю злость, всю ненависть, предназначенную собственной персоне, она перенаправила на другого человека. Мысль о том, что Кайл умрет, а Рашид будет жить, да еще и окажется на свободе, сводила ее с ума. Этого нельзя было допустить ни в коем случае. Смирив гордость, она обратилась к мужу за помощью. Чакайд, стремящийся вернуть в семью хотя бы подобие былого благополучия, отозвался незамедлительно.

 

- Госпожа Джаме, уж не знаю какое у вас мнение о правосудии сложилось за долгие годы работы, но оно уж больно превратно. По договору, которого аж четыре экземпляра хранится у заинтересованных лиц, на этапе отбытия Акари наказания я обязался быть как можно более лояльным. Для пользы дела моя лояльность может покачнуться, но для этого должны быть основания. Госпожа Джаме, вы же понимаете, что из ничего трудно сделать конфетку!

 

-Привяжи его к Хашору, идиот, дальше все сделают за тебя, - выпалила Наяма, не в силах сдержаться, - Другой кодекс, понимаешь? Люди Кайла с большим удовольствием разрешат нашу маленькую проблему!

 

-Хм, кажется моя не в меру невоздержанная супруга предлагает весьма практичный выход, - вкрадчиво сказал господин Джаме, уверенно оттирая жену от Бонгани. От греха подальше.

 

-Кажется, ваша супруга перешла грань, Чакайд. Но я подумаю над вашим предложением. Однако ничего не могу гарантировать.

«Перешла! Да она как с цепи сорвалась последнее время!» - подумал парламентарий.

 

- Уверен, я смогу облегчить ход твоих рассуждений, Симхас, -произнес он вслух, - пожалуй ты прав, и стоит встретиться в более уединенной обстановке, дабы обсудить детали. Где никто не помешает разговору по душам, не так ли? Тогда мы сможем обрисовать твои перспективы, достойные покрытия риска участия в этих щепетильных делах, мой друг. 

 

-Конечно, Чайкад. Тогда до скорой встречи, а после по рукам? 

-Разумеется. Хорошего вечера, судья, - последнее слово он произнес с легкой иронией, отчего Симхас болезненно поморщился.

 

*** 

Совместная рассказка с Настей Ничипор. 

Фото: Gilar 

Тескт: Gilar (Наяма, Чакайд), Настя Ничипор (судья). 


Музыкальный фрагмент: Phil Thornton и Hossam Ramzy: "Derwood green".

 

 
 





Введите этот защитный код